Древнейшие государства в степях. Скифо-сибирский мир — особый тип цивилизации
Вопрос о возникновении государственности на основании археологических и письменных источников рассматривался только применительно к скифскому обществу. Другие же общества скифо-сибирского мира, находившиеся на том же уровне развития, не рассматривались. Скифское общество, его социальную структуру по степени изученности можно считать образцом для других обществ скифо-сибирского мира, своего рода эталоном. Разработку этой темы начал в конце XIX в. А.С. Лаппо-Данилевский, который полагал, что скифы были народом варварским, но находившимся близко к цивилизации. Исследователь начала века М.П. Ростовцев считал, что уже в ранний период у скифов существовала мощная держава; он первым, основываясь на сведениях Геродота, стал рассматривать Скифию как общество классовое, со сложившейся государственностью. Однако отдельные вопросы социальной истории скифского общества изучены в разной степени, а некоторые до сих пор остаются 234 Поздняя Скифия: / — жилища (реконструкция), 2 — рельеф с изображением скифских царей Скилура и Палака, 3 — роспись склепа 9 некрополя Неаполя Скифского, 4 — костюм знатной скифянки (реконструкция), 5 — погребение сарматского воина дискуссионными. Так, основное внимание уделялось вопросу о вре- мени*возникновения государства у скифов и его характере. В прошлом в советской науке также обсуждался вопрос о том, имело ли место государство у скифов. При этом ученые исходили из марксистской концепции эволюционного взгляда на историю и постоянного стремления сравнивать исследуемое общество с каким-нибудь хорошо изученным, например с античной цивилизацией или переднеазиатскими Древневосточными обществами. Определенную роль в этом несомненно сыграла и неразвитость средневековых обществ, которые сложились в I тысячелетии н. э., т. е. спустя несколько веков после крушения Скифии. Это безусловно сдерживало развитие научного интереса к общественным отношения у скифов. К тому же под влиянием господствовавших в науке идеологических штампов во взглядах на цивили- 235 зацию и развитие общества не учитывались фактор застойности и имевшая место прерывность развития общественных отношений. Относительно времени возникновения государства у скифов суще· ствует в основном две точки зрения. Историки античности В.Ф Гай- дукевич, С.А. Жебелев полагали, что государство у скифов возникло лишь в III—II вв. до н. э. Археологи Б.Н. Граков, А.И. Мелюкова, М.И. Артамонов и их последователи считали, что скифское общество до V в. до н. э. было военно-демократическим с преобладанием кочевых форм быта; в V в. до н. э. сложилось царство с сильной деспотической властью, с ведущей ролью кочевых племен, подчинивших себе земледельцев. По мнению А.И. Тереножкина и А.П. Смирнова, государство в Скифии возникло еще до V в. до н. э. Нет единства и во взглядах на характер государства, его структуру. Достаточно широкое распространение получила точка зрения о рабовладельческом характере скифского государства. При этом исследователи понимали, что рабство у скифов было развито слабо и носило совершенно иной характер, нежели в Греции и Риме, что скифы-земледельцы и скифы-пахари были свободными общинниками. Но в условиях господства марксистской концепции, согласно которой феодальные отношения начинают складываться только с середины I тысячелетия н. э., историкам трудно было представить скифское общество и государство иным: если оно не первобытно-общинное, то должно быть только рабовладельческим! Хотя еще в 40-х годах Б.А. Рыбаков блестяще доказал, что на базе первобытно-общинных отношений могут сложиться не только рабовладельческие, но и феодальные отношения. Ряд исследователей вслед за М.И. Ростовцевым полагали, что у скифов существовало государство, похожее на Хазарский каганат, и определяли их общественный строй как военно-феодальный. Этой точки зрения придерживались Н.П. Толль, М. Эберт, ЦЖ. Дюмезиль, которые считали, что скифское общество развивалось по пути феодализма. Заслуживает внимания положение об особом типе социальных отношений и государственности у скифов, который не укладывается в представление ни о рабовладельческой, ни о феодальной структуре государства в их классических вариантах. Еще в 20-х годах Ю.В. Готье подметил, что скифское государство было особым типом государства, «образовавшимся именно здесь, в южнорусских степях», где деспотичная власть сочеталась со сложной системой племенных и социальных отношений, с данническими отношениями. Именно в этом направлении, подчеркивающем отличие скифского общества от рабовладельческого и феодального, развивается научная мысль в последние годы. Очевидно, правы те, кто утверждает, что скифская государственность основывалась на различных формах эксплуатации, а рабство было всего лишь одной из таких форм. На основе изучения разнообразных источников А.М. Хазанов убедительно показал, что скифское государ- 236 ство было «раннеклассовым с недостаточно развитыми структурами», с различными, еще не устоявшимися формами эксплуатации, без преобладания какой-либо одной из них. Социальная структура скифов рассматривается им как бы в двух срезах: с одной стороны, семья и ее формы, род, линейность родства, порядок наследования, родоплемен- ная структура скифов, с другой — различные стратовые и раннеклассовые образования у скифов: категории зависимого населения, рабы, свободное население, жречество, аристократия, царский род. Такой подход характеризует особенности ранних государств, когда сохраняются старые первобытно-общинные институты и возникают новые социально-экономические и общественные образования, характеризующие сложность структуры скифского общества. Известно, что существует два основных взгляда на характер скифской семьи: патриархальная большая семья или малая семья (муж, жена, дети), которая вела свое хозяйство и владела частной собственностью. К высшим звеньям социальной организации относится упоминаемое Геродотом деление Скифии на три царства. Внутри царств были провинции (архэ) и округа, или номы. Кроме этого деления, как известно, в отечественной историографии много внимания уделялось сообщению Геродота о шести «этносах», населявших страну. По вопросу об «этносах» и их размещении существует значительная литература. За племенами сохранялись функции административно- политические: территория проживания или кочевания, аппарат управления, племенной вождь — монарх и фискальная. Племена осознавали свое единство —территориальное, этническое, языковое (диалект языка). Племя в эпоху ранней государственности можно рассматривать как протогосударственную микроструктуру. Именно из племен или на их основе сложились номы в Египте Древнего царства, басилеи архаической Греции. В каждом номе-племени имелось племенное святилище. Вероятно, сохранялось и представление о генеалогическом родстве всех соплеменников. Области или провинции, очевидно, можно рассматривать как союзы племен, территории, являвшиеся составными частями государства. Племенными объединениями были, видимо, и те шесть «этносов», о которых упоминает Геродот и которые частично прослеживаются археологически. Основу скифского общества составляли рядовые свободные кочевники — скифы (по Лукиану, «восьминогие»), владеющие парой волов и повозкой с кибиткой. Об этой категории населения хорошо известно по материалам погребений VI—IV вв. до н. э. В них скромное имущество, редко можно встретить предметы греческого импорта. Свободное население несло ряд важных повинностей: оно составляло большинство войска, выполняло различные общественные работы. У скифов существовало несколько категорий зависимого населения. Наиболее многочисленными были неполноправные обедневшие 237 общинники, количество которых росло. Можно предположить, что процесс образования .неполноправной прослойки интенсивнее протекал в среде скифов-кочевников. Значительную категорию населения составляли данники. Суть данничества заключалась в том, что группы зависимого населения отдавали часть произведенного продукта, отчуждали его. Это надо рассматривать как вид коллективной экономической и правовой зависимости. Сами же эти зависимые группы сохраняли свою социальную и экономическую структуру. Наконец, рабы. О них упоминает Геродот в IV книге: «Всех своих рабов скифы ослепляют». Он же говорит, что часть пленных приносили в жертву и что у них отстутствовало покупное рабство. В этом как раз и заключается принципиальное отличие скифского рабства от классического античного. Нельзя также думать, что рабы у скифов играли значительную роль в производстве. Ясно, что рабство не было ведущей формой эксплуатации, оно носило домашний характер. Вероятно, в качестве одной из форм рабства можно рассматривать ферапонтов. На похоронах убивали и клали вместе с царем наложниц, виночерпия, повара, конюха, слугу и вестника. А спустя год убивали 50 ферапонтов, служивших царю. В Скифии, по сведениям Геродота, Лукиана, Псевдо-Гиппократа, существовали и аристократы, отличавшиеся знатностью происхождения, особой одеждой и образом жизни, так называемые «пилофоры». Именно им принадлежали специальные головные уборы, навершия, предметы культово-мировоззренческого характера. Это были представители господствующего рода, мелкие «князьки», подвластные царю, вожди племен и их приближенные, старшины и представители родов, которые могли выполнять и судебные функции. О том, как высок был престиж знати, свидетельствуют погребения в царских курганах Чертомлык, Гайманова Могила, Солоха. Аристократия составляла верхушку общества и всей государственной структуры, но она не была едина по своим правам и роли в обществе. Согласно сведениям Лукиана и Геродота, среди скифской аристократии выделялся царский род из племени царских скифов. Этот род господствовал в Скифии, его власть распространялась даже на соседние с ней племена. Идеологической основой этих притязаний служило представление о божественном происхождении царя. Известно, что Скифское царство состояло из трех государств (басилей), одно из которых возглавлялось царем всей Скифии (царские скифы). Басилей состояли из провинций, которые, по мнению А.М. Ха · занова, в свою очередь делились на отдельные номы. Конечно, социальная организация скифов находилась в развитии. Вероятно, уже в IV в. до н. э. при царе Атее был ликвидирован триединый характер государства и оно стало более централизованным. Тогда же скифы утвердились в Добрудже и на Балканах. В это время обострилась борьба 238 скифов с греческими городами Северного Причерноморья, усилилось давление Скифии на греческие полисы, в частности на Ольвию. Такова в общих чертах социальная структура и государственность у скифов, прослеживаемая археологией. Какие же данные мы имеем о других обществах скифо-сибирского мира? Общественное развитие восточных соседей скифов — савромат- ских племен — с V в. до н. э. было близко к скифскому эпохи Геродота. Однако савроматское общество в целом было значительно примитивнее. Существуют отдельные «богатые» погребения: Блюменфельд, Пя- тимары, у с. Луговое и другие, а также так называемые царские могильницы у с. Горная Пролейка, где вокруг двух больших каменных курганов, под которыми, вероятно, были погребены родовые старейшины, находились небольшие курганы с каменными насыпями, принадлежавшие рядовому населению. Значительные перемены произошли в савромато-сарматской среде в IV в. до н. э., что отразилось и на содержании культуры: увеличилось количество предметов вооружения, длинных мечей, наконечников стрел (особенно в могилах савроматов Южного Приуралья), массовым оружием становятся мечи раннепрохоровского типа с узкими, заостренными клинками. Очевидно, усилилась роль савроматской конницы, вооруженной длинными мечами, стрелами, тяжелыми копьями. С этим периодом связано формирование крупных племенных союзов во главе с вождями, значительно возросла роль войн в жизни общества, которые становятся регулярным «промыслом», источником обогащения. О социальной дифференциации свидетельствуют курганы на р. Илек (Пя- тимары I), где вместе со знатным предводителем были погребены телохранители. В целом же общественная структура савроматов была менее развитой, чем у скифов. Вряд ли она поднялась выше уровня племенного союза. В последнее время в результате открытия погребальных комплексов Бесшатыра и царской усыпальницы Иссык внимание исследователей привлек общественный строй саков. Огромные сооружения, пышность и богатство одежды, масса золотых украшений, особое устройство головного убора погребенного в кургане Иссык царя были рассчитаны не только на внешний эффект, но и на возвеличивание личности вождя, возведение его в ранг божества. Выделявшиеся своими размерами «царские» курганы подчеркивали господство знати над массой рядовых общинников. Большие курганы Бесшатыра интерпретируются как могилы царей или племенных вождей, средние —как могилы знати, воинов, малые — как могилы дружинников. Здесь мы еще раз убеждаемся в четырехступенчатой структуре общества: семья, род, племя и крупное родоплеменное объединение (страна) во главе с правителем —-царем. В социальном плане это общинники-скотоводы, жрецы, воины и ремесленники. Конечно, во всей этой сложной стратово-со- 239 циальной системе выделялась знать, а центральной фигурой являлся царь-вождь. Социальная структура горно-алтайского населения скифского времени известна по материалам раскопанных курганов в долинах Пазы- рык, Башадар, Укок. Еще в 50-х годах СИ. Руденко сделал выводы о том, что в Горном Алтае помимо больших курганов — захоронений вождей — имеются сравнительно богатые курганы средних и малых размеров. Эти выводы подтвердили последующие раскопки. На материалах курганов Горного Алтая выделяются четыре социальных группы пазырыкцев, которые различались по способу погребения и составу сопровождающего инвентаря. Особенно выделяются «царские» курганы, на сооружение которых уходило в среднем по 3 тыс. человеко-дней, если брать шумерскую меру производительности труда: 1,5 куб. м на один человеко-день. Таким образом, четырехчленная структура общества прослеживается и по материалам Горного Алтая. Наличие ярко выраженных погребений вождей, которые по размерам погребальных сооружений, пышности обряда, инвентарю не уступают скифским, доказывает социальное, военное, идеологическое лидерство верхушки общества и существование организованной власти в границах Горного Алтая. Такой же сложной организацией обладало и татарское общество. Оно традиционно рассматривалось как находившееся на уровне разложения первобытно-общинного строя. Анализ сопровождающего инвентаря позволил выявить богатые погребения, содержащие большое количество вещей, и бедные, инвентарь которых часто ограничивается парой сосудов и одной-двумя бронзовыми бляшками. Выделены погребения воинов. Их головы украшали повязки с бляшками, характерны также «ножные браслеты»—бронзовые пластинки, нашивавшиеся на обувь. Они были вооружены прикреплявшимися к поясу кинжалами и ножами, клевцами или боевыми топорами и стрелами с костяными и бронзовыми наконечниками. Особую группу погребений образуют хорошо вооруженные воины, при которых найдены специальные отличительные знаки — навершия. На существование категории воинов не раз указывалось исследователями. В последние годы были получены некоторые новые данные по татарскому обществу. Картографирование археологических памятников показало, что мы имеем дело с раннего- сударственным образованием, с делением общества на страты (группы) при сохранении родов и племен. Племена (номы) имели представление о своем единстве, своей территории, о генеалогическом родстве соплеменников, нормах хозяйственного освоения территории, идеологических, моральных нормативах. У них существовало свое племенное святилище. Учитывая устойчивую связь отдельных татарских племен с определенными физико-географическими территориями, их можно отождествить с областями или провинциями государства.
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Древнейшие государства в степях. Скифо-сибирский мир — особый тип цивилизации» з дисципліни «Археологія»
