Вслед за предтворческими стрессовыми состояниями, описанными выше, включается (не всегда!) стресс творчества. Кратко рассмотрим его уровни. Еще Шакья Муни (Будда) в «Сутре золотого лотоса» изложил свои воззрения на интеллект. Он описал три его уровня. Используя современную терминологию, можно сказать, что первый — это компилятивное творчество (с положительным значением определения). Это собирание, классификация, рубрикация, ранжирование известных разрозненных знаний и фактов. Второй уровень — проективное творчество — на основании собранных знаний, создание обобщенных новых суждений, истин. Как и во всяком труде, в таком творчестве могут быть эустрессово радостные находки и дистрессогенные неудачи, мучительные поиски. Многие психологи изучают лишь эти два уровня творчества. Однако Шакья Муни (Будда) знал, что на третьем уровне творчества, который предложено мной называть инсайтно-креативным, у размышляющего человека вдруг возникает озарение (инсайт). И он понимает нечто очень значимое, казалось бы, не относящееся непосредственно к предмету его трудных размышлений. Я.А. Пономарев после наших обстоятельных бесед рассматривал этот феномен как двойственный результат напряженной умственной деятельности [ПономаревЯ.А., 1986]. В результате ее помимо «прямого продукта» проективного мышления интуитивно возникает «побочный продукт» интеллектуальных напряжений. Он может стать ключом к творческому решению проблем, выходящих за рамки первоначальных задач, решаемых с помощью прямого интеллектуального продукта. Побочный, т. е. результат инсайтно-креативного творчества, создается не целевым осмыслением первоначально не замечаемых закономерностей и свойств изучаемых объектов. Невольно происходит концентрация на них умственных усилий человека. Не надо видеть предосудительным, недостойным, обидным не попадание себя в число «инсайтных творцов», наделенных даром прозревать истины, открытия, творения, озаренные новизной. Немало «компилятивных творцов» были выдающимися властителями, администраторами, полководцами. Сами неспособные к творческим озарениям, они отлично разбирались в людях и ставили на ответственные посты, посылали на решающие участки сражений профессионалов, способных к инсайтным решениям в критических ситуациях. Очень часто «прожективные творцы», наделенные разумом и упорством, становятся блестящими профессорами, педагогами, создателями замечательных учебных программ, фундаментальных учебников. Этого не смогли бы сделать «инсайтные творцы», увлеченные поиском неясного знания и мало склонные к методологическому классификаторству. Иные «инсайтные творцы» не способны к оптимизации своих социальных контактов. Они слывут людьми неуживчивыми с дурным характером. Не умея организовать свой быт (не тратя силы на него), они живут в запустении, а при отсутствии рационального покровителя (спонсора), финансирующего их творческие причуда, «инсайтные творцы» подчас погибают в нищете позабытыми. Выдающийся режиссер К.С. Станиславский, создавая на репетициях мощное психическое напряжение (стресс), побуждал актеров к высшему уровню творчества, к «сверхсознанию» [Станиславский К.С., 1985 и др.], неконтролируемому разумом и волей. Позднее П.В. Симонов интерпретировал «сверхсознание» как механизм творческой интуиции [Симонов П.В., 1981]. Ее запускающий механизм — стресс творчества, стресс вдохновения. При этом «перевод эмоций в план представлений не следует понимать как одномоментный процесс. Напротив, перевод эмоций в план представлений совершается чаще всего как раз в отсроченном режиме, т. е. после переживания эмоций» [Дорфман Л.Я., 1997, с. 163]. Уже пережив инсайт как стрессовый пароксизм, субъект осознает открывшиеся ему смысл, истину, решение. Бывает, что в экстазе радости от своего открытия человек забывает открывшееся. И потом воссоздает его мучительным припоминанием. Инсайтно-креативное прозрение «локализуется» вне осознания. Неведомость его рождения позволила академику Н.Н. Моисееву говорить о нем как о «бифуркации» потоков эволюции системы [Моисеев Н.Н., 1987]. Внезапность осознания продукта озарения формулируется как качественный скачок в изменении интеллектуальной системы. «Развитие личности является процессом прохождения адаптационных и бифуркационных этапов, т. е. процессом не линейным. Содержание этапа бифуркации — отбор значимой для развития субъекта информации, на основе которой возможно дальнейшее адаптационное саморазвитие. Именно в точки бифуркации воздействие на адаптационную систему должно быть наиболее эффективным» [Терещенко А.Г., 2006]. Эустресс прозрения может иногда смешиваться с дистрессом горя, если перед прозревшим открылись печальные горизонты его прошлого и будущего. А. Маслоу полагал, что способность к креативному творчеству врожденно свойственна всем людям, но теряется большинством под воздействием среды. B.C. Ротенберг подчеркивал, что креативное и тем более инсайтное творчество возможны лишь при гармонизации функций обоих полушарий головного мозга, когда «происходит тот высший синтез, без которого не возможны ни творчество, ни счастливое ощущение вписанности в мир и гармонии с этим миром, при ясном ощущении себя отдельной личностью. Именно это является уникальным свойством взрослого здорового человека» (Ротенберг B.C., 2006, с. 167]. Надо признать неоднозначность взаимоотношений когнитивного и эмоционального компонентов творчества. Однако когнитивный не становится при этом ведущим [Вундт В., 1912; Дорфман ЛЯ., 1993 и др.]. Однобокость представлений о непременном доминировании ког-ниций над эмоциями проистекала из представлений о предметности эмоций и о знании как о решающем факторе для понимания поведения человека. Обширные теоретические и эмпирические исследования пермской психологической школы B.C. Мерлина, Л.Я. Дорфмана показали, что «в действительности фундаментальным является положение о многозначности связей эмоций и когнитивных образов. Данное положение возвращает эмоциям способность в равной мере как обслуживать когнитивные образы (предметность эмоций), так и наоборот, инициировать рядкогнитивных трансформаций» [Дорфман Л.Я., 1997, с. 159-160]. Несомненно, многозначность связей эмоций и когниций и инициирующая роль стрессово-эмоционального напряжения создают механизмы и силы процессов инсайтно-креативного творчества. И все же непременным его резервом должен быть талант творца, а лучше гениальность.
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Стресс творчества» з дисципліни «Психологія стресу. Психологічна антропологія стресу»
