Это сочинение целиком посвящено вопросу о возможности материи вообще. В нем развито единственно мыслимое представление о материи, т. е. дано полное изложение строения материи, однако, оно не входит в обсуждение последствий такого строения и принципиально воздерживается от рассмотрения свойств и особенностей отдельных веществ. Таким образом «Метафизические основы естествознания» принадлежат исключительно к области метафизики. Они дают условия для возможности естествознания вообще, поэтому они сами по себе и не представляют естественной науки. Это следует постоянно иметь в виду для правильного понимания сочинения Канта. Предположение, будто вместе с метафизикой здесь начинается и физика, может привести к совершенно превратному истолкованию всей этой работы. Однако, для того чтобы метафизика естествознания вполне обеспечила полноту исследования, она необходимо должна рассматривать свой предмет по схеме общей с понятиями чистого разума, т. е. по таблице категорий. «Все определения общего понятия материи, а, следовательно, все, что мы о ней мыслим a priori, все что дает математическое построение, а также все, что дает наблюдение ее как определенного предмета, должно войти в состав четырех разрядов категорий: количества, качества, отношения и модальности». «Основным свойством того «нечто», что должно стать предметом для внешних чувств, должно быть движение, потому что только последнее способно воздействовать на наши чувства. К движению же разум сводит и все прочие предикаты материи, присущие ее природе, и таким образом все естествознание вообще есть либо чистая, либо прикладная наука о движении. Таким образом, метафизические основы естествознания распадаются на четыре главных раздела: первым из них является движение, рассматриваемое как чистое количество по его составу без отношения к качеству движимого; этот раздел может быть назван форономией; вторым — движение как некое качество материи под названием первоначальной движущей силы; этот раздел называется динамикой; третий раздел рассматривает материю вместе с этим ее качеством во взаимном отношении ее движений и называется механикой; наконец, четвертый определяет движение или покой материи в том виде, в каком они нам представляются в отношении их модальности, другими словами, изучает их как чувственное явление, и поэтому этот раздел носит название феноменологии». «Так как форономия занимается только движением, то субъекту ее, т. е. материи, не присваивается здесь никакого другого свойства кроме подвижности». «Материя есть, следовательно, движущееся в пространстве». «В каждом нашем восприятии нечто должно быть ощущаемо и оно-то составляет реальную основу чувственного представления. Отсюда и пространство, в котором мы хотим воспринять движение, должно быть чувственно, т. е. должно определяться тем, что может быть ощущаемо. Такое пространство, обнимающее собой все объекты опыта и, в свою очередь, являющееся объектом опыта, называется эмпирическим пространством. Но последнее, будучи материально, само по себе подвижно». «Таким образом, всякое движение, являющееся объектом опыта, только относительно; пространство, в котором оно наблюдается, является пространством относительным, которое, в свою очередь, движется, и, быть может, в противоположном направлении в более обширном пространстве, в результате чего материя, находящаяся в движении по отношению к первому пространству, может быть признана покоящейся относительно второго. Такие видоизменения понятия о движении в соответствии с изменениями относительного пространства могут быть продолжены до бесконечности. Движение предмета есть изменение внешних отношений его к данному пространству. Покой есть косное пребывание (praesentia perdurabilis) на одном месте, косным же называется то, что существует в течение некоторого времени, т. е. длится. Построить понятие сложного движения, значит представить себе a priori движение, возникшее из объединения двух или нескольких заданных движений в одном движущемся теле». После этого Кант объясняет сложение движений совершенно так же, как Ньютон, т. е. как движение в пространствах, которые, в свою очередь, движутся; даже галилеев закон сложения скоростей истолковывается им в том же смысле. «Когда, например, говорят об удвоенной скорости, то последнюю следует понимать как составленную из двух простых и равных скоростей». «Подобное построение возможно, однако, только при условии косвенного соединения двух равных движений, из которых одно принадлежит телу, другое же — относительному пространству, движущемуся в обратном направлении, причем последнее движение совершенно тождественно движению тела в его прежнем направлении». «Ведь само по себе не ясно, чтобы данная скорость могла быть составлена из меньших скоростей, или быстрота из медленностей, как одно большее пространство составляется из меньших». — Действительно, нельзя представить себе сложения в каком-либо теле двух равных скоростей в одном и том же направлении без посредства внешних движущих причин; так, например, корабль может перемещать тело с некоторою скоростью в то самое время, как другая неподвижно соединенная с кораблем движущая сила сообщает телу вторую скорость, равную первой; при этом, однако, следует всегда предполагать, что тело совершает свободное движение с первой скоростью, в то время как к ней присоединяется вторая».
Ви переглядаєте статтю (реферат): ««МЕТАФИЗИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ» КАНТА» з дисципліни «Історія фізики»
