ДИПЛОМНІ КУРСОВІ РЕФЕРАТИ


ИЦ OSVITA-PLAZA

Реферати статті публікації

Пошук по сайту

 

Пошук по сайту

Головна » Реферати та статті » Міжнародні відносини » Світове панування або глобальне лідерство

Зыбучие пески гегемонии
В предстоящие несколько десятилетий самым нестабильным и опасным регионом мира, взрывного потенциала которого достаточно, чтобы ввергнуть планету в состояние хаоса, будут новые Мировые Балканы. Именно здесь Америка может незаметно оказаться втянутой в столкновение с исламским миром, именно здесь несовпадение ее курса с политикой Европы рискует расколоть даже Атлантический союз. При совпадении же двух этих перспектив под вопрос может быть поставлена сама мировая гегемония Америки.
86
Вот почему принципиально важно признать: процессы брожения в мусульманском мире должны рассматриваться прежде всего в региональном, а не глобальном контексте и, скорее, через геополитическую, чем теологическую призму. Мир ислама разобщен как политически, так и религиозно. Он лишен политической стабильности и слаб в военном отношении и, по-видимому, останется таковым в течение еще некоторого времени. Неприязнь к Соединенным Штатам, поголовно охватившая население ряда мусульманских стран, порождена не столько общей религиозной предвзятостью, сколько конкретными политическими претензиями: иранские националисты, к примеру, возмущены покровительством, которое США оказывали шаху, предубеждения арабов объясняются американской поддержкой Израиля, а пакистанцам кажется, что Соединенные Штаты отдают предпочтение Индии.
Сложность вызова^ с которым сегодня сталкивается Америка, затмевает проблемы, вставшие перед ней полвека назад в Западной Европе. В то время стратегически решающая фронтовая линия, разделившая Европу по Эльбе, являлась источником максимальной опасности, ибо в любой день вероятная стычка в Берлине могла спровоцировать ядерную войну с Советским Союзом. Тем не менее Соединенные Штаты признали масштаб поставленных на карту интересов и взяли на себя обязательства по обороне, умиротворению, реконструкции и возрождению жизнеспособного европейского сообщества. Поступая таким образом, Америка приобрела естественных союзников, разделяющих ее собственные ценности. По окончании «холодной войны» Соединенные Штаты возглавили процесс преобразования НАТО из оборонительного альянса во все более широкий союз безопасности, заполучив при этом нового горячего сторонника в лице Польши, а также поддержали включение новых членов в состав Европейского союза (ЕС).
В течение срока жизни по крайней мере одного поколения важнейшая задача Соединенных Штатов в деле укрепления глобальной безопасности будет состоять в умиротворении и затем реорганизации на началах
87
сотрудничества региона, представляющего собой главную в мире зону политической несправедливости, социальных лишений, высокой плотности населения и, к тому же, обладающего громадным потенциалом насилия. Здесь же сосредоточена большая часть мировых залежей нефти и природного газа. В 2002 году на обозначаемый понятием «Мировые Балканы» ареал приходилось 68% разведанных мировых запасов нефти и 41% - природного газа; его доля в мировой добыче нефти составляла 32%, газа - 15%. Ожидается, что в 2020 году на этой территории (вместе с Россией) будет добываться примерно 49 млн. баррелей нефти ежедневно, то есть 45% от общего объема мирового производства (107,8 миллиона баррелей в день). Потребителями же 60% добываемой в мире нефти, согласно прогнозам, будут являться три ключевых региона - Европа, Соединенные Штаты и Дальний Восток (16, 25 и 19% соответственно).
Сочетание нефтяного фактора и неустойчивости не оставляет Соединенным Штатам выбора. Америке брошен вызов, требующий выдержки и бесстрашия: она должна помочь сохранить некий уровень стабильности в далеких от устойчивости государствах, чьи народы все больше подвержены политическим волнениям, все меньше склонны к социальной пассивности и исполнены религиозным пылом. Ей надлежит предпринять еще более титаническое начинание, нежели то, что было осуществлено ею свыше полувека тому назад в Европе, ибо на этот раз американцам предстоит действовать на территории культурно чуждого, политически неспокойного и этнически смешанного мира.
Прежде этот отдаленный регион был предоставлен собственной судьбе. До середины прошлого столетия преобладающая его часть находилась под властью имперских и колониальных держав. Сегодня же игнорировать проблемы этой территории и недооценивать их потенциальную способность вызвать мировой разлом было бы равнозначно объявлению об открытии там «сезона» нарастающего насилия, распространения по всему региону террористической заразы и состязания в приобретении оружия массового поражения.
Итак, перед Соединенными Штатами стоит монументальная по масштабам и сложности задача. С кем и каким образом надлежит взаимодействовать Америке, чтобы помочь стабилизировать эту зону, утвердить там мир и в конечном счете переустроить ее на принципах сотрудничества - ответы на основополагающие вопросы подобного рода далеко не самоочевидны. Опробованные в Европе рецепты, наподобие «плана Маршалла» или НАТО, успеху которых немало способствовали глубокие культурно-политические узы трансатлантической солидарности, не вполне пригодны для разнородного в культурном отношении региона, все еще раздираемого историческими распрями. Национализм пока находится здесь на более ранней и эмоциональной стадии развития, чем это было в уставшей от ратных трудов Европе (истощенной двумя грандиозными междоусобными войнами, разразившимися в течение всего лишь трех десятилетий). Особый накал националистическим чувствам придают и религиозные страсти, напоминающие 40-летнюю войну между европейскими католиками и протестантами почти 400-летней давности.
К тому же, у Америки нет естественных, связанных с ней исторически и культурно союзников в этой части мира, в отличие от Европы, где таковые нашлись в лице Великобритании, Франции, Германии и даже, с недавних пор, Польши. В сущности, Америку ожидает плавание в неведомых водах без надежных навигационных карт, плавание, в ходе которого ей придется самой прокладывать курс, внося разнообразные поправки, но не позволяя ни одной региональной державе диктовать себе направление движения и выбор приоритетов. Разумеется, в регионе есть несколько государств, которых нередко называют потенциальными ключевыми партнерами Америки в переустройстве Мировых Балкан: Турция, Израиль, Индия и примыкающая к данной зоне Россия. Но, к сожалению, у всех этих стран имеются либо серьезные изъяны, подрывающие их способность содействовать региональной стабильности, либо собственные цели, вступающие в противоречие с более широкими американскими интересами в регионе.
89
Турция является союзником Америки вот уже на протяжении полувека. Доверие и признательность Соединенных Штатов она заслужила еще своим непосредственным участием в корейской войне. Эта страна показала себя прочным и надежным южным форпостом НАТО. После крушения Советского Союза Турция взялась активно поддерживать Грузию и Азербайджан в их стремлении упрочить новоприобретенную независимость. К тому же, она стала настойчиво рекламировать собственную модель политического развития и социальной модернизации в качестве подходящего эталона для центральноазиат-ских государств, чье население в большинстве своем принадлежит к ареалу тюркских культурно-лингвистических традиций. В этом смысле заметная стратегическая роль Турции удачно дополняет политику Америки, направленную на укрепление недавно обретенной независимости постсоветских государств региона.
Однако два немаловажных негативных обстоятельства, имеющих отношение к внутренним проблемам Турции, ограничивают ее роль в регионе. Первое касается все еще неясных перспектив наследия Ататюрка: удастся ли Турции трансформироваться в светское европейское государство вопреки тому, что подавляющее большинство ее населения исповедует мусульманство? Именно это стало ее целью с того самого момента, как в начале 1920-х годов Ататюрк приступил к претворению в жизнь своих реформ. С тех пор Турция добилась выдающихся успехов, но и по сей день ее грядущее вступление в Европейский союз (которого она упорно добивается) остается под вопросом. Если перед Турцией окончательно захлопнутся двери ЕС, нельзя будет исключить возрождения в этой стране исламских религиозно-политических традиций и, как следствие, радикальной (и, вероятно, сопряженной с внутренними потрясениями) смены ее международного курса. Недооценивать эту вероятность не стоит.
Европейцы нехотя одобрили идею присоединения Турции к Европейскому союзу, в основном ради того, чтобы пе допустить серьезного регресса в политическом развитии этой страны. Европейские лидеры признают, что преобразование Турции из государства, руководствующегося
90
мечтой Ататюрка об обществе европейского типа, в исламскую теократию неблагоприятно повлияло бы на безопасность Европы. В противовес данному соображению многие европейцы убеждены, что строительство Европы должно зиждиться на ее общем христианском наследии. Поэтому Европейский союз, вероятно, постарается как можно дольше оттягивать момент четкого обязательства открыть двери для Турции. Но такая перспектива, в свою очередь, повлечет недовольство Турции, увеличив риск ее превращения в недружественное исламское государство со всеми вытекающими отсюда потенциально губительными последствиями для Юго-Восточной Европы10.
Второе обстоятельство, связывающее Турции руки и лимитирующее ее роль, заключается в проблеме Курдистана. Значительную долю более чем 70-миллионного населения Турции составляют курды. Их фактическая численность, как и~сама национальная принадлежность турецких курдов, служит предметом споров. Согласно официальной точке зрения турецких властей, в Турции проживают не более 10 миллионов курдов, и все они являются, по существу, турками. По словам же курдских националистов, курдское население Турции достигает 20 миллионов человек и мечтает жить в независимом Курдистане, который объединил бы всех курдов (насчитывающих, как утверждается, от 25 до 35 миллионов человек), пребывающих в настоящее время под турецким, сирийским, иракским и иранским господством. Каково бы ни было реальное положение вещей, курдская этническая проблема и потенциальная вероятность возвращения на религиозно-исламскую стезю во многом делают Турцию, независимо от ее конструктивной роли в качестве модели регионального масштаба, одним из источников фундаментальных дилемм региона.
Другим, казалось бы, очевидным кандидатом на роль привилегированного союзника США в регионе является Израиль. Будучи демократической и культурно родственной Америке страной, Израиль автоматически пользуется ее расположением, не говоря уже о внушительной политической и финансовой поддержке со стороны
91
американской еврейской общины. Став в момент своего создания убежищем для жертв холокоста, изральское государство с тех пор вызывает сочувствие у американцев. Когда Израиль оказался объектом враждебности арабов, Америка тут же отдала предпочтение жертве несправедливости. Начиная приблизительно с середины 1960-х годов Израиль находится под особым покровительством Америки, получая от нее беспрецедентную финансовую помощь (80 млрд. долларов за период после 1974 г.). США предоставили ему защиту, действуя практически в одиночку, вопреки неодобрению и санкциям ООН. При возникновении серьезного регионального кризиса Израиль в качестве ведущей военной державы Ближнего Востока в состоянии не только исполнять функцию американской военной базы, но и внести весомый вклад в любые военные действия, которые могли бы потребоваться от Соединенных Штатов.
Между тем американские и израильские интересы в регионе совпадают не полностью. У Америки имеются крупные стратегические и экономические интересы на Ближнем Востоке, продиктованные наличием здесь колоссальных энергетических ресурсов. Америка не только извлекает экономические выгоды из относительно низких цен на ближневосточную нефть. Ее роль в обеспечении региональной безопасности дает ей косвенные, но в политическом смысле решающие рычаги влияния на экономику европейских и азиатских стран, которая также зависит от экспорта энергоносителей из этого региона. Следовательно, национальным интересам США отвечают хорошие отношения с Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами, подразумевающие, что эти государства и в дальнейшем будут полагаться в вопросах безопасности на Америку. С позиций Израиля, однако, обусловленные данными соображениями американо-арабские связи являются неблагоприятным обстоятельством: они не только ставят предел поддержке, которую Соединенные Штаты готовы оказывать Израилю в территориальных вопросах, но и делают Америку более восприимчивой к недовольству арабов израильской политикой.
92
Среди причин этого недовольства первое место занимает палестинский вопрос. То, что проблема окончательного статуса палестинского народа остается неурегулированной на протяжении более чем 35 лет после оккупации Израилем сектора Газа и Западного берега, вне зависимости от того, кто на самом деле несет за это ответственность, усиливает и оправдывает в глазах арабов неприязненное отношение многих мусульман к Израилю11. В сознании арабов нерешенность палестинской проблемы поддерживает представление об Израиле как о навязанном региону чуждом и временном колониальном образовании. И то, что арабы видят в Америке государство, поощряющее репрессии Израиля против палестинцев, снижает ее шансы погасить волну антиамериканских эмоций в странах региона. Все это затрудняет совместное выдвижение конструктивных американо-израильских инициатив, способных содействовать развитию многостороннего регионального сотрудничества в политической и экономической областях, а также не позволяет США возложить на вооруженные силы Израиля выполнение сколько-нибудь серьезных задач в регионе.
После событий 11 сентября на передний план выдвинулась идея стратегического регионального партнерства с Индией. Список ее достоинств выглядит по меньшей мере столь же внушительно, что и «послужные списки» Турции или Израиля. Благодаря одним только своим размерам и мощи Индия влияет на ситуацию в регионе, а заслуги на демократическом поприще делают ее привлекательным союзником и с идеологической точки зрения. Более 50 лет с момента обретения независимости ей удается сохранять демократическое устройство. Она сумела остаться верной демократии, невзирая на массовую бедность и социальное неравенство, а также ярко выраженную этническую и религиозную неоднородность населения, большинство которого составляют индусы (официально индийское государство носит светский характер). Длительная конфронтация между Индией и ее исламским соседом Пакистаном, которой сопутствуют кровопролитные столкновения с партизанскими силами в Кашмире и террористические акты в этом
93
штате, организуемые пользующимися благосклонностью Пакистана мусульманскими экстремистами, заставила Индию после 11 сентября особенно категорично заявить о своей солидарности с Америкой в борьбе против терроризма.
Тем не менее альянс между США и Индией в регионе в любом случае вряд ли выйдет за рамки ограниченного соглашения. Две немаловажные преграды препятствуют более масштабному партнерству. Одна из них обусловлена религиозной, этнической и лингвистической мозаично-стью индийского общества. Несмотря на все усилия сплотить миллиардное культурно неоднородное население страны в единую нацию, Индия по-прежнему является индуистским в своей основе государством, наполовину окруженным мусульманскими соседями; притом в пределах ее границ обитает крупное, насчитывающее 120-140 миллионов человек мусульманское меньшинство, отношения с которым могут стать весьма напряженными. Религия и национализм, воспламеняя друг друга, способны разжечь здесь нешуточные страсти.
До сих пор Индии удавалось исключительно успешно справляться с задачей сохранения структуры единого государства и демократической системы, но немалая часть ее населения оставалась, по сути, политически пассивной и (в первую очередь в сельских районах) неграмотной. Есть опасность, что с постепенным ростом политического сознания и общественной активности увеличится и интенсивность раздоров на этнической и религиозной почве. Происходящее в последнее время развитие политического сознания как индуистского большинства Индии, так и ее мусульманского меньшинства рискует поставить под угрозу сосуществование различных общин страны. Удержать под контролем внутренние трения и напряженность может оказаться особенно трудным, если под войной с терроризмом будет подразумеваться в первую очередь борьба против ислама, а именно так пытаются ее интерпретировать наиболее радикальные индуистские политики.
Во-вторых, внимание Индии во внешнеполитической сфере приковано к соседям - Пакистану и Китаю.
94
Пакистан воспринимается не только как главный виновник многолетнего конфликта в Кашмире, но и в некоем высшем смысле - как государство, истоки национальной идентичности которого коренятся в религиозном самоутверждении, как символ отрицания индийского пути самоопределения. Тесные узы между Пакистаном и Китаем обостряют ощущение угрозы, тем более что Индия и Китай являются естественными соперниками в борьбе за геополитическое доминирование в Азии. Индию до сих пор терзают мучительные воспоминания о военном поражении, которое Китай нанес ей в ходе кратковременного, но яростного пограничного столкновения 1962 года, получив в итоге в свое владение спорную территорию Аксайцзин.
Соединенные Штаты не могут поддержать Индию ни против Пакистана, ни против Китая, не заплатив при этом неприемлемо высокую стратегическую цену в другом месте: в Афганистане, если они изберут антипакистанский курс, или на Дальнем Востоке, если речь пойдет об альянсе антикитайского характера. Ввиду всех этих внутренних и внешних факторов Индия лишь в ограниченной степени способна быть союзником Соединенных Штатов в долгосрочной политике формирования, не говоря уже о силовом установлении, более стабильной системы отношений в пределах Мировых Балкан.
И наконец, остается вопрос: в какой мере на роль главного стратегического партнера Америки в улаживании региональных евразийских противоречий годится Россия? Нет сомнений, что она располагает средствами и опытом для оказания помощи в таком деле. Хотя, в отличие от других рассмотренных кандидатов, Россия уже не является в точном смысле слова частью региона - времена ее колониального господства в Центральной Азии миновали. Москва, тем не менее, оказывает значительное влияние на все непосредственно примыкающие к южным российским границам страны и имеет тесные связи с Индией и Ираном; ко всему прочему, на российской территории проживает примерно 15-20 миллионов мусульман.
В то же время Россия с некоторых пор видит в своих мусульманских соседях потенциально взрывоопасный
95
источник политических и демографических угроз, а российская политическая элита обнаруживает все большую восприимчивость к антиисламским призывам религиозного и расистского характера. В таких обстоятельствах Кремль с готовностью ухватился за события 11 сентября, воспользовавшись ими как возможностью вовлечь Америку в противостояние исламу под лозунгом «войны с терроризмом».
И все же Россия в качестве потенциального партнера США тоже не лишена недостатков, унаследованных от прошлого, причем совсем недавнего прошлого. Афганистан был опустошен 10-летней войной, которую вела там российская армия, Чечня находится на грани вымирания в результате политики геноцида, а недавно получившие независимость центральноазиатские государства все больше расположены отождествлять смысл современного периода своей истории с борьбой за освобождение от российского колониализма. Поскольку подобные исторические обиды по-прежнему живо ощущаются в регионе, а Россия, как явствует из множества признаков, считает в данный момент своим приоритетом консолидацию связей с Западом, она во все большей степени воспринимается региональными государствами в качестве бывшей колониальной европейской державы и все меньше - в качестве родственного евразийского образования. То, что сегодняшней России почти нечего предложить соседям в плане общественной модели для подражания, также сужает ее роль в любом международном партнерском объединении под американским руководством, которое могло бы быть сколочено в интересах стабилизации, развития и в последующем — демократизации региона.
В конечном счете Америке остается рассчитывать лишь на одного подлинного партнера в обустройстве Мировых Балкан - Европу. Хотя ей понадобится помощь ведущих восточноазиатских государств, таких как Япония и Китай (Япония предоставит некоторую, пусть не слишком внушительную, материальную поддержку и миротворческий контингент), маловероятно, что кто-либо из них примет на данном этапе полноценное участие в этих усилиях. Только Европа, постепенно самоорганизующаяся
96
в Европейский союз и интегрированная в рамках НАТО, обладает надлежащим потенциалом в политической, военной и экономической сферах, чтобы совместно с Америкой взять на себя задачу вовлечения различных евразийских народов на дифференцированной гибкой основе в процесс укрепления региональной стабильности и постепенного раздвижения рамок трансъевразийского сотрудничества. Именно связанный с Америкой наднациональный Европейский союз имеет больше шансов избежать подозрений в рецидиве колониалистских мотивов и намерении утвердить либо восстановить в регионе прежде всего собственные экономические позиции.
Сообща Америка и Европа располагают разносторонним опытом и обширным спектром материальных преимуществ, которые позволяют им внести определяющий вклад в формирование политического будущего Мировых Балкан. Вопрос заключается в том, найдется ли у Европы, озабочегшой в основном вопросами собственного единства, достаточно воли и великодушия, чтобы вместе с Америкой действительно приняться за общее начинание, которое по сложности и размаху намного превосходит предыдущий успешный совместный американо-европейский проект, направленный на сохранение мира в Европе и последовательное преодоление раскола Европейского континента. Но сотрудничества с Европой не получится, если полагать, что оно должно сводиться к ее следованию американским директивам. Война с терроризмом может быть первой вехой, знаменующей переход к активному вмешательству в дела Мировых Балкан, но она никак не может составлять его смысл. Европейцы, не столь травмированные трагедией 11 сентября, понимают это лучше американцев. Вот почему помимо других причин при организации каких бы то ни было совместных действий Атлантического сообщества не обойтись без широкого стратегического консенсуса относительно дол госрочного характера стоящей перед союзниками задачи.
В какой-то мере те же соображения применимы и к потенциальному вкладу Японии. Она тоже может и должна стать важным действующим лицом, пусть и не из числа бесспорных исполнителей ведущих партий.
97
В течение некоторого времени Япония будет остерегаться брать на себя заметную военную роль за пределами непосредственных потребностей национальной самообороны. Однако несмотря на стагнацию последних лет, Япония остается вторым государством мира по экономической мощи. Финансовая поддержка ею усилий, предназначенных расширить зону мира на планете, имела бы ключевое значение и в конечном счете соответствовала бы ее собственным интересам. Таким образом, Япония наряду с Европой должна рассматриваться в качестве вероятного партнера Америки в предстоящей длительной схватке с многочисленными разнородными силами на территории Мировых Балкан.
Короче говоря, чтобы справиться с взрывоопасным потенциалом региона, Америке потребуется широко спланированная стратегия сотрудничества. Как свидетельствует успешный опыт формирования евроатлантического сообщества, разделить неизбежное бремя нельзя, не разделив право принимать решения. Только привлекая своих основных партнеров к совместному моделированию всеобъемлющей стратегии действий, Америка сумеет не увязнуть в зыбучих песках единоличной гегемонии.

Ви переглядаєте статтю (реферат): «Зыбучие пески гегемонии» з дисципліни «Світове панування або глобальне лідерство»

Заказать диплом курсовую реферат
Реферати та публікації на інші теми: Планування аудиторської перевірки підприємства
На полном ходу поезда
КРИТЕРІЇ ОЦІНЮВАННЯ РИНКОВИХ ПЕРСПЕКТИВ ІННОВАЦІЙНОГО ПРОДУКТУ
ІНДИКАТИВНЕ ПЛАНУВАННЯ ІНВЕСТИЦІЙ
Гігантська пісочниця Google. Фільтра від Google


Категорія: Світове панування або глобальне лідерство | Додав: koljan (01.06.2013)
Переглядів: 760 | Рейтинг: 0.0/0
Всього коментарів: 0
Додавати коментарі можуть лише зареєстровані користувачі.
[ Реєстрація | Вхід ]

Онлайн замовлення

Заказать диплом курсовую реферат

Інші проекти




Діяльність здійснюється на основі свідоцтва про держреєстрацію ФОП