Согласно взглядам Аристотеля, ключом к пониманию мира является физика. Но под физикой он понимал не то, что мы понимаем в наше время,— законы движения неодушевленной материи, а совершенно обратное. Фтика, или природа, любого существа заключалась в том, во что оно имеет тенденцию развиться, и в том, как оно ведет себя в нормальных условиях. В действительности мысль Аристотеля в силу своей медицинской подоплеки и биологических интересов толковала устройство мира так, как будто все было живым. Он использовал слово «физика» в том же смысле, в каком слово «природа» употребляется в следующем гимне: Пусть собаки наслаждаются лаем и кусанием, такова уж природа юс. Предмет научного исследования заключается в отыскании такой природы всех вещей. Он должен был охватывать все, начиная от объяснения того, почему все камни падают вниз, и кончая тем, почему некоторые люди являются рабами. В любом случае ответ был одинаковым: «Такова уж природа их». Это был действительно всеобъемлющий ответ, равноценный фразе: «Они таковы потому, что такова воля бога», но он звучал более научно. Как выразился Батлер о более позднем философе Хадибрасе: Он знал, что к чему и что такое высота, Где мог парить метафизический ум. В работах Аристотеля «Физика» и «На небесах» он применяет свой метод к тому, что мы называем физической вселенной, там, где это меньше всего применимо. Его объяснение было едва ли более правдоподобным, чем объяснение Платона, и было лишено как эмоциональной приподнятости, так и математического интереса. Но так как оно являлось частью великого учения Аристотеля о логическом строении вселенной, оно стало основной формой, в которой теория греков о строении вселенной была передана потомству. Ей суждено было доказать, в частности, свою бесплодность для прогресса физики. Джордано Бруно должен был быть сожжен и Галилей осужден прежде, чем доктрины, которые были взяты скорее из концепции Аристотеля, чем из Библии, были разбиты (стр. 236 и далее). Последующая история науки в большей части в действительности является историей последовательного развенчивания Аристотеля. Поистине Рамус был не далек от истины, когда он утверждал в своем знаменитом тезисе в 1538 году, что «все, чему учил Аристотель, является ложным».
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Физика Аристотеля» з дисципліни «Наука в історії суспільства»
