Умереть достойно — нетрудно; трудно достойно жить. Витторио Де Сика Формальное окончание чеченских войн конца XX — начала XXI в. и частичный вывод российских федеральных войск из Чечни стали, наконец, возможны после 2002 г. Была создана собственная чеченская милиция, в которую вошли спустившиеся с гор боевики. И раньше хорошо вооруженные, теперь одетые в милицейскую форму, они получили возможность «легитимно» делать то единственное, что они умели, — воевать-убивать. Ведь большинство из них, 20-25-летние юноши последние пятнадцать лет, будучи боевиками, учились только одному: войне, партизанской деятельности, убийствам и взрывному делу. Надо учесть их высокую способность, к обучению как этническую особенность чеченского этноса. Начиная с 2003 г. в Чечне всколыхнулась волна «кровной мести». До того на протяжении ста пятидесяти лет убийств из-за кровной мести почти не было, ее боялись и не допускали поводов к ней, т. к., начавшись, она уничтожала поголовно семьи, кланы, тейпы. Сражения и кровная месть — дело мужчин (пока в семье не осталась лишь одна-единственная женщина-мстительница). Для женщин-чеченок многолетняя война, обстрелы, похищения и муки дорогих им людей стали нескончаемой трагедией. Большинство чеченок стойко переносят стресс жизни в разоренной гражданской войной Чечне, выполняя свою этническую роль: сохранение, воспроизводство и воспитание семей. Однако некоторые, не выдерживая, становятся склонны к делинквентно-му (преступному) поведению, у иных возникают психические болезни стресса. Мной описан тендерный кризис, развивавшийся в ходе многолетних северокавказских войн [Китаев-Смык Л.А.. 2004]. Ниже рассмотрим психическую сущность и причины уникальных для чеченского народа (т. е., как правило, не свойственных ему) психологических реакций чеченок при долгом, интенсивном стрессе жизни. Проанализируем психологическую сущность возникшего в 2003 г. и быстро закончившегося женского террористического «шахидизма». Вступать в войну с терроризмом, не зная его природу, корни, — значит обречь себя на поражение. Корни эти разнообразны: они в политике, экономике, общественных отношениях, религии. И в психологии. Странным, но закономерным оказалось, что у террористической войны в России бывало женское лицо, лицо чеченки — несчастной жертвы обстоятельств, навсегда потерявшей в жизни четкие ориентиры, перспективы, родственников и мирное небо над Родиной.
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Предсмертный транс чеченских смертниц-террористок («шахидок»)» з дисципліни «Психологія стресу. Психологічна антропологія стресу»
