Слова Э. и И. употребляются уже на протяжении нескольких столетий. Этимологически их соответственно можно истолковать как «обращение вовне» и «обращение внутрь». Долгое время они использовались гл. обр. в этих значениях как в физ., так и в психол. смысле. Их психол. употребление можно найти в работах, датирующихся XVII столетием, когда под Э. подразумевалось обращение мыслей к внешним объектам, а под И. — к своему собственному разуму, душе или духовной сфере. Главную роль в привлечении внимания психологов к этим понятиям сыграл Карл Юнг. Юнг рассматривал Э. и И. в качестве фундаментальных измерений челов. темперамента и полагал, что многие из значительных флуктуации и противоречий в зап. мысли могут быть поняты как результат столкновения между этими противоположными перспективами. Он также считал что зап. мышление в целом, в сравнении с восточным, носит экстравертированный характер. Юнг определял Э. как обращение либидо или психич. энергии вовне. Это эквивалентно высказыванию, что Э. означает направление интереса на объекты (др. людей или предметы), присутствующие в данном окружении, и функционирование в связи с этими объектами. Находясь в экстравертированном состоянии, субъект воспринимает, мыслит, чувствует и действует сообразуясь с данным объектом. И. была определена Юнгом как обращение либидо внутрь. Это означает перенаправление интереса от объекта к субъекту — к собственному сознательному опыту индивидуума. В интровертированном состоянии восприятие, мышление, чувствование и действие определяются более непосредственно субъективными факторами, чем данным объектом. Экстраверт — чел., обычно находящийся в экстравертированном состоянии, — склонен немедленно и непосредственно реагировать на поступающие извне стимулы. Находясь преимущественно в интровертированном состоянии, интроверт склонен воздерживаться от немедленных реакций и действовать на основе субъективных соображений, следующих за внешним стимулом. Измерение Э./И. в психологии трактовалось по-разному. Познакомившись с юнговской интерпретацией этих терминов, Зигмунд Фрейд заключил, что Э. характеризует здоровое состояние, в то время как И. создает предрасположенность к психопатологии. Между тем Юнг отнюдь не трактовал Э. и И. подобным образом и не считал одну предпочтительней другой. Однако т. зр. Фрейда возобладала в общественном сознании (напр., в США), отдающем предпочтение Э. перед И. Среди американских психологов и педагогов существует выраженная тенденция рассматривать Э. как более предпочтительную характеристику и истолковывать это измерение в рамках соц. поведения. Так, экстраверсия часто понимается в аспекте коммуникабельности (sociability), тогда как И. рассматривается как тенденция к уклонению от соц. контактов. Юнг рассматривал это измерение преимущественно с т. зр. различных форм опыта или сознания, и попытка определения его через поведение сама по себе отражает экстравертированный подход к психологии. Лучшей иллюстрацией такого сдвига в ориентации яв-ся большинство разрабатываемых опросников, в к-рых содержание пунктов шкал Э., как правило, связано с коммуникабельностью, а содержание пунктов шкал И. преимущественно связано с тревожностью или невротическими симптомами. Строго говоря, такие шкалы не могут рассматриваться в качестве мер Э./И. в юнговском понимании. Мюррей утверждал, что юнговские понятия охватывают целый ряд отдельных частных переменных, к-рые могут измеряться и оцениваться независимо друг от друга. Он предложил новые названия для некоторых из них. Одно из таких измерений получило название «экзокатексия—эндокатексия» (exocathection — endocathection). Оно гл. обр. отражает сравнительное значение, к-рое индивидуум придает внешнему миру (включ. сюда практ. деятельность, соц. и политические события и мнения др. людей) в противоположность внутреннему миру (своим собственным переживаниям, фантазиям, идеям, теориям, образам и т. д.). Др. таким измерением является «экстрацепция—интроцепция» (extraception — introception). Оно связано с детерминантами восприятия, оценки и поведения. Экстрацепцией называется тенденция руководствоваться конкретными, отчетливо наблюдаемыми, физ. обстоятельствами, тогда как интроцепция отражает тенденцию руководствоваться более субъективными факторами: чувствами, фантазиями, помыслами и стремлениями. Работы ряда крупных исследователей в области факторного анализа — включ. Раймонда Б. Кэттелла, Дж. П. Гилфорда и Ганса Айзенка — тж указывают на возможность выделения некоторых частично независимых составляющих измерения «экстраверсии—интроверсии». В то же время их данные скорее представляют согласованные свидетельства существования широкого общего измерения (по-видимому, представляющего собой фактор большего порядка), к-рое довольно хорошо корреспондирует с юнговскими понятиями и охватывает большое количество специфических индивидуальных различий, к-рые мы обнаруживаем в челов. личности. Один из теоретиков факторно-аналитического подхода, Ганс Айзенк, уделил особое внимание этому измерению и при его интерпретации воспользовался рядом физиолог. понятий, предложенных И. П. Павловым. Согласно Айзенку, интроверты характеризуются очень чувствительными процессами коркового возбуждения. Поэтому они склонны очень быстро перегружаться — интеллектуально и эмоционально — умеренной соц. и физ. стимуляцией и чаще испытывать чувства тревоги и отчаяния. Как следствие, они часто прибегают к самозащитному уходу из своего окружения, и могут ограничивать соц. взаимодействия посредством контроля или сдерживания поведения. В отличие от них, экстраверты характеризуются менее чувствительными корковыми процессами, или преобладанием процессов коркового торможения. Поэтому им необходимо больше стимуляции из соц. окружения, и они могут обращаться к ее активному поиску, чтобы преодолеть свою корковую инертность.
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Экстраверсия / интроверсия» з дисципліни «Психологічна енциклопедія»
