Холодная война оказалась не чисто информационной. Точнее в ней существенную роль играли другие носители информации – нетрадиционные. Победу Западу прино- сит не вербальная аргументация, которую также не сле- дует сбрасывать со счетов, зная возможности радиостан- ций, которые даже при противодействии со стороны СССР в виде глушения, все равно накрывали своим ве- щанием всю территорию страны. Тем более, что при этом оказался нарушенным один из постулатов теории пропа- ганды. Люди, получающие только информацию "за", лег- ко переубеждаются, когда к ним внезапно поступит так- же и аргументация "против". В то же время людей, получавших как доводы "за", так и доводы "против", уже не так легко переубедить, поскольку негативные доводы не несут для них новизны. Основной "коррозиционной" составляющей стала про- паганда посредством материального мира, в рамках кото- рой можно увидеть три измерения. Все они были прин- ципиально нетрадиционного вида, и система пропаганды 249 не была готова к работе с таким срезом информационно- го воздействия. Она достаточно активно порождала текс- ты, которые боролись против буржуазной пропаганды, одновременно эта полюсность – у нас все хорошо, у них – все плохо – снижала уровень доверия к собствен- ным текстам. Холодная война, по мнению С. Кургиняна, это война символическая. Только противная сторона ис- пользовала при этом нетрадиционные типы символов, положив именно их в основание своего влияния. Первым типом нового информационного влияния можно считать бытовые вещи, изготовленные на Западе, которые несомненно были иными, качественными, более яркими и в ряде случаев изготовленными из новых нео- бычных материалов. В Советском Союзе им нечего было противопоставить, поэтому, исходящий от них элемент опасности, почувствовала и государственная машина. Вспомним, какую яростную борьбу вело советское госу- дарство с джинсами, с товарами, где было написано "Made in... ", последняя надпись появлялась на всех ка- рикатурах, где фигурировали так называемые стиляги. Иностранная вещь бытового назначения стала важной приметой жизни элиты со времен Хрущева. Вещи выполняли несвойственные им функции носите- лей информации. Опираясь на них, собственное вообра- жение реципиента моделировало уже совсем иной мир. То есть теперь уже сам реципиент информации выступал в роли мощного генератора чужой для этой системы ин- формации. Конечно, о диалоге на этом уровне не могло быть и речи. Ответом на товар мог бы быть только такой же товар. Но его как раз и не было. Другим носителем информации также были вещи, толь- ко на экране кино или телевидения. Зритель получал мас- су второстепенной информации, совершенно не связан- ной с сюжетом. Женщин интересовали интерьеры домов, кухонь, платья героинь; мужчин – марки автомобилей. В некоторые периоды государственная машина приостанав- ливала этот поток явно неравноценного культурного обме- на (например, когда мы приходили к конфронтации с США) но ненадолго. Постоянная дружба с Францией при- 250 водила к появлению на экранах большого количества со- временных французских кинокомедий, поэтому данный информационный поток не останавливался. Третьим носителем информации становились люди, побывавшие за границей. И хотя это были не столь рас- пространенные случаи, но они как путешественники во времени несли принципиально новую информацию, ко- торую нельзя было нейтрализовать. В большинстве случа- ев это были люди, которые на самом деле составляли элитную прослойку той системы. Весь этот поток информации шел на принципиально ином уровне, к которому не выработалась привычка. Ес- ли пропаганда вела борьбу рациональным способом, ра- ботая с сознанием, этот информационный поток шел на человека вне его сознательного контроля. Поэтому ника- кие рациональные аргументы в этом случае не срабаты- вают. На уровне реального, официального информацион- ного поля проблем этого порядка вообще не было. Вся система влияния перешла на "уровень кухни", поскольку именно там можно было общаться без ограничений. Не позволив обсуждать больные вопросы официально, сис- тема тем самым перевела обсуждение этих вопросов в об- ласть личных контактов. Из теории пропаганды известно, что именно такой способ наиболее эффективен, посколь- ку мы получаем информацию от человека, которому до- веряем, и не можем уклониться от такого обмена и тд. Заложив очень жесткий контроль в официальное инфор- мационное поле, система потеряла реальное влияние, по- скольку в результате это поле перестало быть достаточно эффективным. Результатом этого информационного конфликта стано- вится неэквивалентность обмена с Западом, в результате которого нам навязывают западные стандарты жизни, не предоставляя поддерживающие их технологии. Такой тип обмена А. Панарин считает социально неустойчивым 7 . Мы пошли именно по такому пути, в то время как ази- атские страны, наоборот, взяли технологии, не связывая их со стандартами жизни. В этом случае их спасла особая модель мира, замкнутая на себя, со своим символичес- 251 ким миром, поэтому она отфильтровала стандарты жиз- ни, сохранив свой вариант символических представле- ний. Мы же заимствовали чужую систему ценностей, со- здав социально неустойчивую ситуацию. Информационный аспект перестройки подчеркивает и А. Ципко, когда пишет: "По сути в зону активного оттор- жения от советской системы попадала только самая актив- ная часть интеллигенции, в первую очередь творческой, гуманитарной, чьи растущие духовные запросы постоянно конфликтовали с системой коммунистических запретов на информацию, на свободу слова, на свободу эмиграцион- ной политики" 8 . Однако следует признать и то, что это была не столь значимая прослойка, которая к тому же не была способной на активные оппозиционные действия. Таким образом, основным информационным кон- фликтом этого периода можно считать несоответствие потоков. "Противник" побеждал с помощью использова- ния необычных информационных носителей, которые активно генерировали в воображении реципиента новый для него мир в очень идеализированном виде. Благодаря этому он ставил себя в необычные социальные позиции, реально не имея на это оснований. Если сказанное было результатом информационной экспансии, хотя и необыч- ного вида, то внутри страны информационное поражение можно понять, отталкиваясь от того, что основной моде- лью коммуникации того периода была "кухня", а не офи- циальное информационное поле. Появился двойной язык, двойственные стандарты для обсуждения тех же во- просов дома и на работе. Личностные контакты как бо- лее эффективные уверенно переигрывали официальные источники влияния. Подобной мини-войной оказались для России чеченские события. В результате Минобороны заговорило об утрате единого информационного военного поля, чтобы выиграть информационную войну, которую ведут против армии не- которые средства массовой информации 9 . Экс-пресс-сек- ретарь президента России В. Костиков Вспоминает 10 :
"В информационной сфере была проявлена полнейшая некомпетентность и безграмотность. Пресс-служба презнден- 252 та была полностью отключена от информации по Чечне. Пресс-служба Совета безопасности самоустранилась. Прави- тельство попыталось латать информационный пробоины от точных попаданий дудаевской пропаганды, но эти меры бы- ли неподготовлены, грубы и вызвали лишь раздражение в СМИ. Меня поразило, что в преддверии ввода войск в Чеч- ню никто не удосужился собрать главных редакторов круп- нейших газет, конфиденциально проинформировать их об истоках чеченского кризиса, о целях и договориться о взаи- модействии. Неудивительно, что даже в дружественной пре- зиденту и правительству прессе начался полный разнобой оценок. В результате информационная и психологическая война с Чечней (я не касаюсь военно-политических аспектов этой трагедии) при наличии у России таких информацион- ных гигантов, как ИТАР-ТАСС, РИА "Новости", двух госу- дарственных телевизионных каналов и мощнейшего в мире радио, были полностью и позорно проиграны".
Все это говорит о принципиально неправильной ори- ентации на мощность пропагандистской машины, а не на выход на конкретную аудиторию, как того требует паблик рилейшнз. Со времен СССР мы скорее ориентированы на количество выпущенных стрел, а не на количество стрел, попавших в цель.
Ви переглядаєте статтю (реферат): «Холодная война» з дисципліни «Психологічні війни»
